«Процессуальный ум»
Сертификационная программа Международной школы процессуальной работы
International School of Processwork Russia (ISPWR), стандарт IAPOP.
Метанавыки, третья часть
6.
Творчество
В этой главе мы посмотрим на наши повседневные переживания как на пробивающиеся ростки творчества. Специалист по процессуальной работе пытается раскрыть энергию телесных проблем, взаимоотношений или снов и обнаружить их творческое начало. Терапия — это не только средство для разрешения проблем или самопознания, она еще и облегчает доступ к нашему творческому потенциалу. Признавая и сливаясь с энергетическим потоком переживаний, терапевт становится как бы сотворцом жизни. Он преобразует энергию процесса в танец, живопись, музыку или какой-то другой вид творчества. Жизнь в целом превращается в возрождающийся творческий процесс, а терапия приобретает легкость и артистизм.
Помните момент в восьмой главе, когда Сью перевела энергию своей мигрени в движение? Арни помогал ей почувствовать энергию и головной боли, и отталкивающих движений и обратить ее в творчество. Она танцевала, и в этом танце ощущалась неукротимая сила бушующего ветра — так терапия превратилась в искусство.

Более того, Арни и сам не был статистом в этом терапевтическом действе, он ощущал свободу быть жизнерадостным творцом. Он откликнулся на движения Сью, и этот дикий, неистовый танец стал их совместным творчеством. Это и есть метанавык творчества. Направляя клиента к максимально возможному самовыражению, терапевт, оставаясь свободным, моделирует способность следовать своим творческим импульсам.
Свободный ум, творческий ум
Как возникают творческие отношения между терапевтом и клиентом? Что лежит в их основе? Учитель Дзэн Кейдо Фукусима дает свою интерпретацию термину "му-шин" (mushin), назвав его "свободный ум" или "творческий ум", в противоположность традиционному переводу "без ума". Его концепция "свободного ума" очень близка метанавыку творчества.

Свободный ум — тот, который не связан конкретными идентичностями, но достаточно открыт и свободен устанавливать новые, сообразуясь с течением Дао. Наш учитель Дзэн говорил, что если хочешь знать, кто ты есть, глядя на горы — стань горой. В дождливый день стань дождливым днем. На обложке замечательной книги "Образ жизни по Дзэну: воспоминания Д.Т.Судзуки" (A Zen Life: D.T.Suzuki Remembered) мы прочитали слова Судзуки:

Дайсэцу Судзуки
Японский буддолог
«... Человек мыслит, однако мысли его подобны ливню, подобны волнам, мчащимся по океану, подобны звездам, освещающим ночное небо; его мысли подобны пробивающейся зеленой листве, овеваемой свежим весенним ветром. В действительности он и есть ливень, и океан, и звезды, и листва».
Метанавык "творческого разума" позволяет нам присоединиться к тому, что мы переживаем, стать этим переживанием и действительно созидать вместе с ним. Мы больше не пассивные наблюдатели, но живая, творческая сила самой природы. Сью испытывала стремление к вихреобразным движениям и, идя вслед за этим настроением, сама превратилась в бушующую стихию. Ее процесс вышел за рамки известного ей переживания, раскрыв недюжинные творческие способности.

Таков художник: он способен заметить движение природной энергии и, окунувшись в ее поток, обратить эту энергию в свое творчество. Художник не жертва своей судьбы, но полноправный творец жизни. Свободный и творческий разум не замыкается в привычных идентичностях, первичных или вторичных проявлениях или решениях проблем, но присоединяется к течению сновидящего процесса.
Имена, состояния и энергичная работа
Почему бы нам в работе со Сью не остаться с обнаруженными статичными образами и состояниями матери, ребенка и головной боли? За раздражением матери, страданиями от головной боли и реакциями ребенка мы обнаружили ту же самую энергию, только выраженную по-разному. Эта мощная сила вначале мешала и беспокоила Сью, а в итоге она слилась с этой самой энергией в неистовом танце.

Стремление дать статичные имена частям наших "я" (о чем говорилось в главе 6) может принести пользу на определенной стадии, когда нам необходимо понять и проанализировать эти части. Однако в таком назывании определенных форм энергии — например, "ужасная мать" или "головная боль" — кроется опасность, что, во-первых, некоторые внутренние переживания могут быть названы и заморожены в тесных "контейнерах", которые могут подойти к любой ситуации, а могут и не подойти; во-вторых, появятся трудности с тем, чтобы забраться внутрь такого контейнера и помочь раскрыться его содержимому; в третьих, нелегко отказаться от закрепившегося названия и творчески подойти к использованию энергии этого состояния — быть гибким в слиянии с нашими переживаниями. Мы помним предостережение Лао Цзы не увлекаться чрезмерно наименованиями вещей и явлений, а стараться достичь их сути: "Дао, которому можно дать имя, не есть неизменное Дао".
Творец симптомов
Идеи энергии и творчества неразрывно связаны с учением об острых и хронических симптомах. Проведенные исследования показали, что каждый симптом имеет по меньшей мере две части. Есть жертва (или некто, страдающий от боли) и тот, кто создает симптом, кто причиняет боль. Если мы, пусть даже на короткое время, свяжемся с этим создателем симптома (вместо того, чтобы оставаться в позиции жертвы), то внезапно обнаружим колоссальный запас энергии, которую можно использовать.

Если помните, мы рассматривали пример с мужчиной, который работал с симптомом дрожи. Когда он поменялся ролями с "творцом" симптома — лихорадкой — сам он трястись перестал. И действительно, как только он идентифицировал себя с тем, что заставляло его дрожать и трястись, то обнаружил в себе огромное количество нерастраченной энергии, которая в итоге обернулась сильным желанием стать политиком.
Интеграция
В работе со Сью интеграция заключалась, например, в следующем: заметить, когда возникла эта вихревая энергия, ухватить ее и в тот же момент последовать за ней, а не предписывать соответствующие изменения в поведении. Для терапевта это знание состоит в том, чтобы заметить изменения собственных чувств по ходу работы, дать им возможность проявить и раскрыть себя.

Интеграция, таким образом, есть постоянная осведомленность о сновидящем процессе, пронизывающем нашу жизнь, независимо от того, занимаемся ли мы терапией, работаем или отдыхаем дома. Она сфокусирована на динамичных и изменяющихся движениях внутри нас и способности трансформировать их в творческую силу, что бы мы ни делали. Жизнь становится непрерывным, возрождающимся и творческим устремлением. Арни говорит:

"Если вы занимаетесь процессуальной работой, вы заинтересованы в том, чтобы охватить весь жизненный процесс целиком, а не только одну его стадию. Вы хотите пройти весь путь. Ваш процесс может дать вам все, в чем вы нуждаетесь в данный момент. Если вы пытаетесь следовать за своим процессом, не нацеливаясь на определенную задачу, то вы сможете проявить свою индивидуальность. Ваша жизнь станет богаче...".
11.
Гибкость и спокойствие
Основу процессуальной работы составляют обнаруженные и раскрытые уникальные изменения природы. Как нам приспособиться к этому стремительному потоку перемен? Как нам быть столь гибкими, чтобы следовать спонтанным и неожиданным порывам собственных переживаний? Какое духовное мастерство для этого необходимо? В этой главе я описываю два метанавыка, которые помогут нам решить эту задачу. Первый я называю гибкостью, второй — спокойствием.
Давайте сначала обратимся к примеру, а затем обсудим эти метанавыки подробнее. В качестве иллюстрации я приведу работу с группой, состоящей примерно из пятнадцати детей в возрасте четырех лет. Обратите внимание, как Арни обнаружил спонтанный процесс этой группы и помог ему раскрыться в виде сказки.
Плюшевый мишка и очень большой медведь
Когда Арни вошел в комнату, дети немного смутились — этот взрослый был незнакомый. Постепенно некоторые из них начали показывать Арни своих игрушечных медвежат. Арни восхищался ими. Когда одна девочка подбросила своего любимца в воздух, Арни сказал: "Как красиво твой мишка летает! Это для меня неожиданно!"

Почти сразу же все дети стали в восторге подбрасывать вверх своих медвежат. Арни принялся сочинять сказку о медвежонке, который умел летать. Он использовал прием "чистого листа" (глава восемь), чтобы дать возможность детям самим дополнить повествование в меру своей фантазии.

Арни: Если вы будете сидеть тихо, я расскажу вам об одном удивительном медвежонке, который умел летать. (Все дети уселись. Один малыш предложил своего мишку Арни, которого он использовал для иллюстрации драматических моментов сказки). Жил-был удивительный медвежонок, который мог летать — вот так (он показал это с помощью игрушки). Медвежонок мог летать куда угодно. И вы знаете, куда он полетел?

Ребенок: В зоопарк!!

А: (Используя полученную обратную связь) Да, он полетел в зоопарк! Мишка оглядел все вокруг, и вы знаете, куда он решил пойти?

Другой ребенок: В один дом!

А: Да, в один дом в этом зоопарке. И вот он пошел, осмотрелся и знаете, кого он там увидел?

Другой ребенок: Медведя!

А: Да! Медведя! А большой ли он был?

Тот же ребенок: Очень большой!!

Другой ребенок: Больше, чем туча!

А: Действительно большой медведь! Медвежонок увидел этого "очень большого медведя". И как вы думаете, что сделал большой медведь?

Ребенок: Он съел маленького медвежонка!

А: Вы так думаете? Давайте посмотрим, съел большой медведь маленького медвежонка или нет. (Арни начал шагать медленно и тяжело, как большой медведь. Вдруг вскочил один малыш, подбежал сзади к Арни и толкнул его. И пока Арни был на полу, начал с ним бороться. Остальные дети хохатали и кричали! Тогда этот мальчик, который "поверг" Арни на пол, победоносно согнул руку, показывая мускулы остальным детям.)

Ребенок: Я победил тебя!

А: (Все еще находясь на полу и не понимая, что этот мальчик делает, поворачивается и, видя позу ребенка, говорит) О! Теперь все видят, что великий герой защитил медвежонка!

История продолжалась, и другие дети побороли Арни (как большого медведя). Так они почувствовали силу и проявили свой героизм.
Словно маленькие дети, многие из нас чувствуют себя достаточно беззащитными перед взрослым миром. В этой сцене идентификация детей на некоторое время переменилась: вместо "маленьких медвежат" появилась "очень большая" сила, которая исходила из них самих. Они поняли, что тоже могут быть великими героями и героинями.

Читатель заметит метанавык, который мы обсуждали в предыдущей главе — творчество. Арни объединил творческий подход и игровое начало, рассказав сказку о медвежонке. Он помогал развивать историю, разыгрывал различные ее моменты, с энтузиазмом участвуя в ее раскрытии. Он использовал прием чистого листа, задавая вопросы типа: "И знаете, куда он полетел?" — чтобы дети могли заполнить пустое пространство своим собственным процессом. Таким образом история медвежонка постоянно обрастала спонтанными движениями и фантазиями детей.

Давайте теперь вернемся к навыкам, которые позволили нам следовать за развитием процесса этих детей.
Даосизм
Гибкий терапевт учится у реки следовать за потоком сигналов и процессов, когда они пробивают свое собственное русло. Чтобы быть хорошими даосами, нам необходимо стать подвижными, как Дао, и установить связь с самой сущностью изменения. Как сказал Уилхелм: "Только постоянно изменяясь и совершенствуясь можно постичь жизнь".

В cвоей книге "Дао: китайская философия времени и перемен" Роусон и Легеза пересказывают удивительную историю даосского писателя Чуанг Дзу, которая иллюстрирует метанавык гибкости.

"Однажды Конфуций со своими учениками гулял по берегу бурной, мчавшейся по камням, полноводной реки. Довольно далеко от берега они увидели пожилого мужчину, плывущего вверх по течению. Он играл, как ребенок, в бурлящем потоке и, вдруг, скрылся под водой. Конфуций послал учеников ему на помощь, однако мужчина, благополучно добравшись до берега, был цел и невредим, только вода ручьями стекала с его волос. Ученики подвели его к Конфуцию, и тот спросил, каким образом ему удалось уцелеть в этом стремительном потоке. И последовал ответ: "О, я знаю, как объединиться с ниспадающим водоворотом и отделиться от восходящего". Несомненно, он был человеком Дао".
Течение как учитель: непринужденность
Гибкость в процессуальной работе проистекает из основополагающего убеждения в том, что процесс сам укажет путь. Нам нет нужды торопить события или выдвигать грандиозные идеи по поводу того, что должно произойти. Следуя за сигналами и знакам, расставленным по пути, мы найдем тропу, зовущую нас. Нам остается просто настроиться соотвествующим образом.
Как избежать тупиковых ситуаций
С точки зрения процессуальной работы развивающийся процесс не может завести в тупик. Точно так же, как, например, сбегающий вниз водный поток, попав в окружение камней или утесов, всегда найдет себе новое русло. Это может быть совершенно удивительный маршрут, но тем не менее поток продолжает свой путь. Конечно, бывают моменты, когда нам нужно просто сесть и какое-то время ничего не предпринимать. В Ай-чин (I Ching) такие состояния называются Недеяние или Стагнация*. [*R. Wilhelm, цит.пр-ие, p. 52.] Однако, если мы осознаем эти динамические моменты, то мы никогда не зайдем в тупик!

Существует масса причин, из-за которых вы можете почувствовать себя заблокированным или негибким в работе с клиентом. Давайте рассмотрим некоторые из них.

Вы можете попасть в безвыходное положение, пытаясь работать не в том канале. Я помню случай с женщиной, у которой был рак. Она сказала, что не считает это заболевание такой уж большой проблемой и отказывалась работать со своими телесными симптомами. Не хотела она работать ни с движением, ни с визуальными образами, но зато без конца говорила о проблемах со своими детьми. Ее процесс свободно развивался в канале взаимоотношений.

Поэтому, работая с людьми, полезно знать кое-что о разных каналах. Если вы работаете с движением, то вам не помешают сведения о канале взаимоотношений. Если вы работаете со взаимоотношениями человека, с которым трудно установить вербальную связь, то, возможно, вам пригодятся знания о том, как проводить внутреннюю работу. Работа с коматозными пациентами требует знания и внутренней работы, и работы с телом, и со взаимоотношениями.
Другая причина, из-за которой мы иногда попадаем в тупиковую ситуацию, состоит в том, что процесс может выражаться через нас самих и наши чувства. Однако порой мы настолько поглощены клиентом, что не можем вовремя переключить внимание и заметить свои собственные чувства. Я помню свое чувство, как будто я попала в тиски, когда клиентка без конца рассказывала мне истории из своего прошлого. Казалось, что работа застопорилась. И прошло довольно много времени, прежде чем я заметила, что очень устала, и сказала ей об этом. Она ответила: "О, и я тоже устала от всех этих историй. Я хочу просто расслабиться и развеселить себя." Река прорвала заграждения и продолжила свое течение.
Еще одна причина блокады процесса может заключаться в том, что процесс пытается перейти на другой уровень — на уровень индивидуальной или групповой работы, или работы со взаимоотношениями. Например, если человек постоянно жалуется на проблемы отношений, имеет смысл подключить его партнера и поработать с реальными взаимоотношениями, вместо того, чтобы заниматься индивидуальной психологией. Процесс большой группы может зайти в тупик, если не перенести акцент на работу с конкретными людьми или взаимоотношениями.

Гибкий терапевт становится живым примером гармонии с потоком Дао. Он открыт для спонтанных сигналов Дао и подвижен, как горная река, несущая в долину свои воды. Без этой гибкости жизнь становится статичной и как бы зажатой в тиски. Терапевт работает "против течения" и не в состоянии следовать своему процессу или процессу своих клиентов. Однако, чтобы обрести свободу быть гибким в среде постоянных изменений, ему необходимо почувствовать себя спокойным.
Спокойствие
Чтобы быть гибкими, нам необходимо уметь расслабляться и оставаться сосредоточенными; отбросив нормы и концепции мчаться по волнам процесса и в то же время, вооружившись точным знанием, оставаться спокойными в бурлящем потоке событий.

Гибкий терапевт имеет своего рода центр спокойствия, который воспринимает поступающую информацию. В примере с группой детей Арни, сочиняя сказку, замечал каждую новый сигнал от них. Когда он боролся с первым мальчиком, он обернулся и посмотрел, что делают другие дети, а потом продолжал развивать историю. Он был одновременно гибок и спокоен.
Медитация в движении тела
В искусстве боевых единоборств мы находим дополняющие друг друга состояния: гибкость и спокойствие. Основатель айкидо Уэшиба говорит:

"В гибкости движений айкидо всегда ощущается присутствие жесткого ядра. Каждое движение руки и ноги сбалансировано, они плавно скользят, как в танце, поскольку движение всего тела — ничто иное, как спокойное движение этого ядра. Я убежден, что отправная точка айкидо — это осознание сильного, жесткого ядра".

Комбинация гибкости и спокойствия проявляется во многих традициях. Однажды мы уже упоминали состояние "контролируемой глупости" дона Хуана. Это особое состояние, когда воин "отпускает" себя, оставляя лишь свой центр безмолвия, спокойствия.
Не терять бдительности в измененных состояниях сознания
Оставаться бдительным в среде бесконечных перемещений и хаоса особенно трудно, когда имеешь дело с сильно измененными состояниями сознания, такими, как, например, ярость, депрессия, экстаз или мания. Подхваченные безудержным потоком, мы не в состоянии найти обратную дорогу к нашему центру спокойствия. Помню, я работала с клиенткой, которая была раздражена своим партнером. Вдруг она набросилась на меня с кулаками. Я не была к этому готова, но как-то сумела подстроиться к ее движениям. В этой схватке я обратила внимание, что она не столько борется, сколько едва уловимо тянет меня к себе. Я рассказала ей об своем открытии, и она, осознав этот неожиданный поворот событий, вдруг заплакала. Она говорила, что на самом деле не злится, просто ей не хватает смелости признаться своему партнеру, как сильно она его любит. Ее настроение явно изменилось, и наше внимание обратилось к серьезности и глубине этих чувств.

Метанавыки гибкости и спокойствия в работе с движением имеют решающее значение во всей процессуальной практике. С чем бы мы ни работали, будь то групповые конфликты, трудности взаимоотношений, хронические симптомы или внутренняя работа, от нас требуется плыть по реке перемен, оставляя неизменным центр спокойствия, вокруг которого могут разворачиваться процессы.